Пресса про нашу историю, История Николаева Опции

[Николаевский кондуктор]

Не знаю куда это кинуть и начал новую тему!
Это заводская многотиражка, написано интересно, надо делать вылазку...

[Николаевский кондуктор]

«РАЙОН НА РАЙОН»…

Вечерний Николаев
(Окончание.
Начало в «ВН»
от 2, 4 ноября).

Конец эпохи
80-е годы ознаменовались войной в Афганистане, массовым распространением в подростковой среде наркомании (при полном отрицании официальными властями её существования в СССР), тяжкой моральной деградацией всех слоёв молодежи, распадом официальной идеологии, душевной пустотой и неверием людей.
Общественная ситуация не могла не сказаться и на таком явлении, как разборки «район – на район». Прежде всего, рухнули и развалились огромные территориальные объединения. Происходит дробление больших районных группировок на мелкие. Уходят в прошлое такие понятия, как Честь, Справедливость, Достоинство, Правила. Это уже не романтика. Это криминал!
Обычным делом становится «дуэль по-николаевски» - десять на одного. Парня, идущего с девушкой, теперь могли при ней избить и унизить, а девушку «обидеть», как захотят.
Основными фигурантами событий на районе в эти годы становятся уже не мальчишки из соседнего двора, а молодые бандиты, лишенные каких-либо принципов, понятий о чести и совести, на постоянной основе занимающиеся вымогательством, воровством, грабежами, разбоем, наркоманией, насильственными половыми извращениями. В их головах вместо мозга – сироп из маковой соломки, «дури», димедрола, промедола, элениума, реланиума, паркопана и черт знает чего еще.
Эти воруют уже не от голода, а от жадности. А дерутся не за честь района, а за раздел участков для рэкета. Их «закон» - «беспредел»!
Я не хочу сейчас писать об этих новых «королях» Николаева, чтобы не испортить неповторимый колорит нашей молодости, не разорвать тонкий флёр своеобразной «героики» и романтики, который по сей день окутывает те далёкие времена, не обидеть пацанов, которые дрались в наше время не за выгоду, а за честь. Не хочу их валить в одну кучу с мерзавцами.

Тайные знаки
На излёте эпохи, в 80-е годы, чтобы избежать разборок на тему: «ты с какого района?» (произносить эту фразу полагалось через нос, растягивая слова) участники районных группировок начинают «метить» кисти рук условными знаками. Первыми до этого додумались ребята из Лесков. Они татуируют на фаланге левого мизинца маленький, но вполне заметный значок: две черточки – знак равенства. «Союз Лесковской молодежи» становится мощной, многочисленной молодежной территориальной группировкой. Вслед за ним метят себя и другие районы: «Сталинец», «Слободка», «Камыши», «Старый Юг», «Новый Юг», «Водопой», «Пески», «Дачи», «Нули», «БАМ», «Варваровка», «Северный», «Соляные», «Париж», «Завод», «Берег». Всех не перечесть.
Наличие метки на пальце означало, что её владелец «вхож на район», знает авторитетов, пользуется поддержкой и защитой своей группировки. И наоборот: если у тебя нет на пальце значка – значит, ты беззащитен, и с тобой можно делать всё, что угодно... В таких условиях массовые драки между районами уходят в прошлое. Впереди – лихие 90-е с их тотальным рэкетом, «бригадами», заказными убийствами, «новыми русскими», малиновыми пиджаками, радио «Шансон», властью бандитов и бандитами у власти.

Последний бой
Последним звеном в цепи массовых драк в Николаеве уже в 80-е годы стали события возле 8-го ПТУ, которое находилось на ул. Карпенко - на «Первом КП».
Завязка этой истории произошла неподалёку - на стадионе «Судостроитель». Во время прогулки блатные из Лесков «заскубались» с приезжими ребятами из одной из союзных республик Средней Азии, которые учились в ПТУ на строителей. Те не позволили себя обидеть, что вызвало у «хозяев города» ненависть и бешенство. Через пару дней «хозяева города» попытались вломиться в ПТУ на танцевальный вечер, чтобы «наказать» непокорных. Но не тут-то было: на входе в ворота училища стояли взрослые – учителя и мастера. Попытка прорваться силой успеха не имела. Тогда «хозяева города» камнями выбили все окна в учебном корпусе училища, выходившие на улицу Карпенко. Они заявили, что всё равно накажут «чурок» и взяли училище в осаду.
Во многих квартирах по всему городу «ожили» домашние телефоны (мобильных тогда еще не было). По всем территориальным группировкам Николаева прокатился клич: «Наших бьют!». На следующий день из всех концов города к 8-му профтехучилищу стали подтягиваться «силы». Десятки человек шли пешком, приезжали на мотоциклах. Из дальних районов к центру города прибыли несколько трамваев, до отказа набитых «бойцами». Осаждающие группами расположились во дворах лесковских «хрущёвок» и выставили дозорных напротив училища.
Видя, что «дело пахнет керосином», милиция и управление образования приняли соответствующие меры. На входе в училище был поставлен круглосуточный милицейский пост. Управление образования дало указание заместителям директоров по воспитательной работе и классным руководителям лесковских школ поочередно дежурить у входа в училище, чтобы опознать среди анонимной массы «осаждающих» своих учеников и «принять меры».
Противостояние было нешуточным и длилось около недели. Приезжих учащихся из Средней Азии дирекция спрятала в училище и за ворота не выпускала. К этому времени милиция успела подготовиться.
О том, что произошло потом, в прессе не писали (в советское время о таком вообще не принято было сообщать). Но в кругу лиц, допущенных к «решению вопроса», поговаривали, что именно тогда в Николаеве впервые был применен недавно сформированный отряд милиции особого назначения (ОМОН), предназначенный для подавления массовых беспорядков. Зарвавшихся «хозяев города» исполосовали дубинками, бросили в милицейские будки и увезли в каталажку. Так закончилась в Николаеве эпоха массовых побоищ.

Послесловие
С той поры прошло много лет. И сегодня старики, давно живущие в этом городе, загадочно улыбаются себе под нос, читая очередное «сенсационное» сообщение Интернет–сайтов о том, что в Николаеве на Соборной площади произошла массовая драка, в которой приняли участие аж… 20 человек.
Встречаясь сегодня с поседевшими, облысевшими и прихрамывающими мальчишками 50-х и 60-х, бывает, и заведем разговор о том, что творилось на улицах города в те далёкие годы.
Повзрослевшие и поумневшие пацаны – участники тех событий, без особого восторга и ностальгии вспоминают о битвах «район на район». Они давно поняли, что блатная романтика дорого им обошлась. Практически все они имели в своё время неприятности с администрацией школ, в которых учились. Кто-то был подававшим надежды футболистом, а его за драку «турнули» из второго состава команды «Судостроитель». Множество пацанов попали на учет в милицию. Кого-то подрезали. Многие отправились на зону, а кое-кто и вовсе на тот свет…
Много воды утекло с тех пор в Ингуле и Южном Буге, и лишь старые шрамы на теле напоминают старикам об их тревожной молодости…
Женя Желдоровский.